Впечатление от концерта группы Van der Graaf Generator 26 июля 2007 года, состоявшегося в Сан-Себастьяне, Испания

Павел Кабаков pkabakov@nm.ru

ЗАПИСКИ ДИЛЕТАНТА

Van der Graaf Generator in San Sebastian, 26.7.2007 Van der Graaf Generator in San Sebastian, 26.7.2007
Van der Graaf Generator in San Sebastian, 26.7.2007 Van der Graaf Generator in San Sebastian, 26.7.2007
Van der Graaf Generator in San Sebastian, 26.7.2007

Когда я узнал, что 26 июля 2007 года VdGG выступает в Сан-Себастьяне, что этот концерт, вообще, первый в истории концерт VdGG на территории Испании, и что можно быть уверенным почти на 100%, что, кроме меня, там не будет ни одного русскоязычного слушателя, я испытал чувство сродни тому, которое, вероятно, испытывал Александр Матросов, поняв, что, если не он, то кто же? Я решил посетить мероприятие и обязательно изложить в письменном виде мои впечатления о концерте. С той разницей, между мной и Матросовым, что летальный исход мероприятия был весьма маловероятен, эстетическое искушение велико, а возможное моральное удовлетворение от того, что кто-то в будущем прочтёт мои записки о концерте, тоже имело своё значение.

Года три назад я прочитал хорошую, но пессимистичную статью Владимира Хороса "Арт-рок: немеркнущий маяк или аппендикс рок-культуры?", поставил "Godbluff" и почувствовал жгучую зависть к тем, середины 70-х, английским-западногерманским-французским и т.д. студентам (к примеру), которые наверняка и не подозревали, в какое замечательное время живут: хочешь - идёшь на концерт "KING CRIMSON", хочешь - на "ELP", хочешь - на "VdGG". И закручинился: почему путешествия во времени невозможны и нам приходится довольствоваться странного качества видеозаписями тридцатилетней давности, где и лиц-то толком не разглядишь, а о качестве звука и говорить не приходится?

В таком траурном настроении я пребывал до 6 мая 2007 года, когда неожиданно узнал, что, оказывается, никто не умер, а напротив, VdGG полон творческого энтузиазма, выпускает новые альбомы не хуже старых и, более того, в этом году намерен дать 17 концертов, один из которых случится в каких-то 700 км от моего дома.

Билет был куплен в тот же момент, жена поставлена перед фактом, а по прошествии 2,5 месяцев я, зажав недавно купленный конверт от винилового (!) "The Aerosol Grey Machine", вышагивал по набережной, опоясывающей пляж "La Concha" в сторону театра "Victoria Eugenia", где в 23-59 (как было напечатано на билетах) должен был начаться концерт, т.е. состояться событие, реальность которого я не мог себе представить ещё несколько месяцев назад.

Поскольку, в отличие от некоторых счастливчиков, я не был ни на концертах Питера Хаммилла в Москве, ни, тем паче, на концертах вновь собравшейся группы, и представление о том, что мне предстоит увидеть и услышать имел довольно смутное, чувства меня переполняли довольно сложные. Помимо естественного эмоционального подъёма, вызванного предвкушением встречи с любимой группой, присутствовала и некоторая доля страха. Всё ж таки не 1977 год на дворе, люди постарели и смогут ли отыграть так, как надо - непонятно. Из видеозаписи концерта "Rockpalast. Leverkusen. 5 November 2005", которую я посмотрел, было ясно только, что люди живы, здоровы и не боятся представлять на суд непредсказуемой аудитории своё творчество. Тревогу вызывало также то обстоятельство, что из местной прессы (джаз-фестивальное приложение к газете "Diario Vasco") я узнал, что Джексон в концерте не участвует. Как будет звучать группа без саксофона и флейты, оставалось только гадать.

В Сан-Себастьян я приехал только к 5 часам вечера, поэтому на утреннюю пресс-конференцию группы не попал, но в пресс-центре джаз-фестиваля на мой вопрос: "Ну, как они?" сначала ответили: "Старые!", а потом добавили: "Милые, доброжелательные и остроумные. Почти два часа разговаривали, смеялись и шутили. Короче, все мы прекрасно провели время." Опять жизнь прошла мимо.

Концерт был организован в театре "Victoria Eugenia", зале на 910 посадочных мест, расположенном на берегу реки Урумеа, в непосредственной близости от очень живописного и полного ночной жизни старого центра города. (См. здесь.)

Проводился он в рамках ежегодного Джаз-фестиваля, который и сам по себе, помимо выступления VdGG, заслуживает внимания. Например, в этом году среди других приглашённых музыкантов, там выступали Элвис Костелло и Брайан Ферри.

За сорок минут до начала, публики в театре и вокруг было уже достаточно. Я остановился напротив входа, сделал несколько фотографий, попросил кого-то, чтобы меня тоже сфотографировали с принесённым конвертом от пластинки в руках и понаблюдал за подходящими людьми, чтобы удовлетворить своё любопытство. Мне было интересно, кто же в 2007 году в Испании в 12 часов ночи пойдёт на концерт VdGG, заплатив немаленькие деньги за билет.

Результат был ожидаемый: подавляющее большинство - мужчины от 45 до 55 лет. Несколько человек с жёнами. Несколько - с сыновьями лет 18-20. Недалеко от меня в зале сидели две такие "семейные пары" - папа и сын. Интересно было за ними наблюдать во время концерта. Та семья, что сидела непосредственно слева от меня, вела себя весьма сдержанно. Солидно одетый папа только иногда позволял себе слегка похлопывать по коленке в такт музыке, а его сын лет 20 вообще никак не показывал своего отношения к происходящему, то ли в силу врождённой нордичности характера, то ли потому, что пришёл сюда не по своему желанию, а просто выполняя родительскую волю.

Те же папа с сыном, что сидели передо мной и чуть левее, не ограничивали себя в проявлениях эмоций ни в коей мере. Напротив, синхронно топали, хлопали, качались, вздрагивали, сжимали гриф несуществующей гитары, а в особо захватывающих местах столь же синхронно вскакивали, кричали, свистели и прыгали. Я чуть не прослезился от зрелища такой идиллической картины.

Несмотря на полное отсутствие билетов уже несколько недель назад, в зале были видны свободные места. Я даже подумывал вначале пересесть поближе со своего 13 ряда, но, когда началась музыка, это стало уже не важно.

Музыканты появились справа и были встречены, прямо скажем, тепло. Несколько приветственных слов Хаммилла и - в бой. Начали ни больше, ни меньше, как с "Lemmings". Потом перешли к "Childlike Faith in Childhood's End". Неплохое начало. С одной стороны, отсев тех, кто попал сюда случайно - человек 20-30 из сидящих в партере уходят. С другой стороны, начало весьма парадоксальное. Исполнять "Childlike Faith in Childhood's End" вторым номером в двухчасовой программе, а не последним, как эта композиция стоит в альбоме "Still Life", значит быть очень уверенными в своих силах и иметь в запасе много козырей. Впрочем, вот программа:

Lemmings
Childlike Faith in Childhood's End
Lifetime
(In the) Black Room
Every Bloody Emperor
Still Life
All That Before
Meurglys III, The Songwriter's Guild
The Sleepwalkers
Man-Erg
Scorched Earth

Составить программу таким образом могло прийти в голову только человеку с весьма нетривиальным складом ума. Вроде Хаммилла. Однако, программа была отыграна. Без перерыва, на одном дыхании. С присущей им концентрацией эмоциональной и акустической насыщенности, которые делают эту группу так непохожей на кого бы то ни было.

Через двадцать минут, после второй композиции, все сомнения по поводу того, не обеднеет ли звучание в отсутствие саксофонов и флейт рассеялись. Не обеднело. У этих музыкантов достаточно творческих возможностей и сил, чтобы, в отсутствие саксофониста, выносить на суд публики композиции, где роль саксофона всегда была ключевой. Бантон теперь не только заменяет бас-гитару ножной клавиатурой своего органа, похожей на клавиатуру тех церковных органов, что он реставрирует, когда не занят с VdGG. Помимо собственных непростых партий, он взял на себя ещё и часть мелодики, принадлежащей раньше флейте и саксофону. И справляется с этим. Как и раньше. Как всегда.

Его дополняет Хаммилл взрывными атаками гитары, со своей словно бы дилетантской, спотыкающейся манерой игры. Он напоминает панка, затесавшегося в симфонический оркестр, но при этом остаётся на удивление гармоничным.

Три инструмента и вокал. Иногда два инструмента и вокал. Но такой плотности звучания я не слышал ни на концертах "Роллингов", ни у Уотерса со всем их невообразимым количеством приглашённых музыкантов и девочек из подпевки. Хотя тоже, конечно, театр "Виктория Евгения" - это не футбольный стадион. Но каждому - своё. Каждый заслуживает своего отношения и всё познаётся в сравнении.

Самое же главное из того, что происходит на сцене, это взаимодействие между тремя стоящими там людьми. Их полное взаимопонимание и постоянный диалог или "триалог", которым они сами чрезвычайно увлечены. Поэтому за ними так интересно наблюдать. Иногда увлечены настолько, что Хаммилл поворачивается к залу спиной и, кажется, играет для Эванса, и, в конце концов, забывает вовремя подойти к микрофону, начинает выкрикивать слова на ходу, и их не слышно, но никому до этого нет дела. Люди работают для себя, не на публику. Им самим нравится то, что они делают, они довольны своей работой и поэтому создают что-то заслуживающее внимания.

Всё что происходит - это очередная иллюстрация того, что не нужно подстраиваться ни под кого и ни подо что, ни под людей, ни под моду. Нужно делать своё дело. Делать даже тогда, когда окружающие будут твердить: "Да это уже никому не нужно!" (В случае с VdGG, примерно, в течение 30 лет). Писать стихи, музыку, играть, петь.

Кстати о пении. Голос Хаммилла остаётся неподражаемым. По слегка изменившемуся тембру понятно, что с момента выхода "Pawn Hearts" прошло 36 лет, но в остальном он остался прежним. Он всё также умеет взлетать над залом хрипловатым криком-клёкотом, а потом через секунду опускаться в глубины подсознания и вещать оттуда вкрадчивым низким полу-шёпотом или же замирать в паузе, от которой у всего зала перехватывает дыхание.

Однако, продолжу о концерте. Третьей композиции "Lifetime" я никогда раньше не слышал. Очень жёсткая, сделанная в быстром темпе вещь, немножко выпадающая из моего представления о VdGG. Мой сосед по партеру сказал : "Это больше похоже на "Led Zeppelin"".

За ней была легендарная "(In the) Black Room", а потом начался "Every Bloody Emperor".

К этой вещи у меня особое отношение. Она открывает альбом "Present" и это первая композиция, появившаяся под именем, собственно, VdGG после почти 30-летнего перерыва. Начинал я её слушать в первый раз с некоторой опаской - а ну, как лажа! Всякое бывает. Но уже на второй минуте, когда Хаммилл дошёл до - "In the new empire's name.", всё стало ясно. Продолжительная депрессия, вызванная практически полным отсутствием на небосклоне в течение последних 25-30 лет, заслуживающей внимания рок-музыки, стала плавно растворяться, сменяясь лёгкой эйфорией, в коей я и пребываю до сегодняшнего дня.

Когда, после короткого инструментального вступления, своим хрипловатым голосом запел, вернее стал проговаривать первые строки Хаммилл, сопровождаемый тихим органом, зал замер. По мере того, как он произносил слова, не повышая громкости, но постепенно усиливая акценты, превращая плавное течение стиха в топот марширующих колонн, переходя от: "By this we are all sustained: a belief in human nature" к "Unto nations nations speak in the language of the gutter", напряжение нарастало. Вот вступили в полную мощность басы и ударные. Хэммилл своим голосом, как молотком, вгоняя гвозди, уже почти выкрикивал, вгоняя слово за словом в наши уши: "Because every bloody emperor thinks his right to rule divine!..."

Мы сами из благих побуждений создаём кровавых императоров. Нам самим нравится быть винтиками в механизме огромных империй. Ни одна из этих империй не может существовать без лжи и насилия, и эти ложь и насилие в конце концов приводят все империи к разложению и гибели. (Ассоциации автора)

Начался инструментальный проигрыш, ещё больше увеличивая нервное напряжение и громкость, почти до предела переносимого. Выше, ещё выше!

И, вдруг, всё кончилось. Все звуки исчезли, как будто под непроницаемым колпаком.

Каждый раз, когда я слушаю эту композицию, для меня это происходит "вдруг". Кончилась музыка, кончилась империя. Всё рухнуло в пропасть, в пустоту, после взрыва эмоций, бури страстей, войн, потоков крови, миллионов взлётов и падений, искалеченных судеб и уничтоженных жизней.

Осталась россыпь обломков, тлеющие угли, стирающиеся воспоминания, затихающие слова. Всё.

Секунда тишины и новый взрыв. Зал кричал, аплодировал, стонал, свистел и рыдал.

После этого было ещё пол-концерта. Были и "Still Life", когда после последних, еле слышным шёпотом произнесённых слов Хаммилла, из зала на сцену обрушилась новая Ниагара аплодисментов. Критики потом написали, что это была лучшая версия из когда бы то ни было исполнявшихся. И новая композиция "All That Before", и "Meurglys III" которая, как мне показалось, стала ещё длинней, чем на альбоме. И обновлённая "Sleepwalkers" с танцующим Хаммиллом и, наконец, апофеоз, наступивший на "Man-Erg" и повторённый, если это возможно, в бисовой "Scorched Earth", где что-то случилось с синтезатором, в колонки попёр страшный фон, выскочивший техник отрубил задуривший инструмент, а Бантону пришлось завершать концерт на одном органе.

Об овациях мне писать надоело, а вам, наверное, надоело читать. О том, что было исполнено, я уже написал. Напишу о том, чего не было исполнено.

А не исполнили, между прочим, многих моих любимых композиций! Не исполнили "Undercover Man", с которой я когда-то, 20 лет назад, начал своё знакомство с VdGG. Не исполнили "Wondering", которую - было время - я слушал по нескольку раз в день. Не исполнили "Cat's Eye", которая так нравится моей 7-летней дочери (и мне тоже).

Вероятно, несмотря на все уверения самих музыкантов и, бесспорно, исключительное звучание новых аранжировок, полноценной замены ни саксофону, ни живой скрипке найти невозможно. Что вселяет надежду на возможные в будущем изменения состава группы.

Однако, потом я подумал, что всякий концерт хорош не тем, что ты можешь услышать там свои любимые произведения, а тем, что произведения тебе известные, ты имеешь возможность услышать по-новому и открыть для себя по-новому. У меня так случилось со "Scorched Earth" и, кто-то может удивиться, с "Childlike Faith in Childhood's End". Возможно, "Scorched Earth" надо было вырвать из контекста альбома "Godbluff", чтобы она зазвучала. Потому что, когда слушаешь альбом дома, и после грандиозного "Undercover Man" без перерыва начинается следующая композиция, то восприятие отключается, не приемлет такой концентрации, такой насыщенности и в таком количестве. Здесь же "Scorched Earth" была бисовой, публика хорошо отдохнула, набила в ладоши, насвистелась и накричалась, а потому была готова к прослушиванию новой композиции. И вещь заиграла, заискрилась, повернулась неожиданными сторонами, вызвала новые ассоциации и доставила новое удовольствие. А ведь я её всегда считал проходной пьесой, дескать, надо было что-то вставить между первой и третьей композициями на альбоме, вот и вставили. Но я, оказывается, ошибался, похоже, что нет у VdGG проходных вещей. Каждую из композиций нужно постараться оценить по достоинству.

Музыкальным критикам легко - их учат, как правильно слушать, для того, чтобы потом написать, к примеру, аналитический разбор оперы С.И. Танеева "Орестея". А что делать нам, бедным дилетантам? Не знаю что. Как и во всякой кустарщине, должен быть личный поход. Возможно, нужно выбрать подходящий момент, или компанию, или настроение. В "Wondering" я, например, въехал в автомобиле - извините за каламбур. В домашней обстановке, почему-то, не привлекала эта пьеса моего внимания.

Похожее произошло и с "Childlike Faith in Childhood's End". Сколько раз я слушал альбом "Still Life" и не задерживал своего внимания на этой композиции. Нет, бесспорно, я отдавал себе отчёт в том, что это не "Чижик-пыжик", но услышал её по настоящему только на концерте. Если вы не слышали её на концерте, придите домой, поставьте диск, прослушайте её ещё раз, и в финале, когда в дуэт вокала и церковного органа врывается барабанная дробь, а низкий барион Хаммилла сменяется хриплым фальцетом "in the death of mere humans life shall start!", представьте себе, что в эту секунду вы - в концертном зале, а вокруг находится несколько сот человек, которым VdGG нравится примерно так же, как и вам. Помню, я подумал, стоя среди бушующей стихии: "Что же они будут делать дальше? Ведь концерт только начался! На сколько же ещё хватит этих стариков?".

Хватило почти на 2,5 часа. Так же, как хватило на предыдущие 38 лет жизни Группы. Группы, про которую трудно писать, так, чтобы не казаться смешным в своих чрезмерных восторгах. Группы, которая возродилась для того, чтобы опять удивить нас, и превзойти все наши самые смелые ожидания.

Концерт закончился, и после него остались использованные билеты, новые знакомства и подписанный Хаммиллом и Эвансом (Бантон успел, пока меня фотографировали с Хаммиллом, сесть в поданный микроавтобус) конверт от "The Aerosol Grey Machine". Осталась лёгкая грусть от того, какими же действительно старыми оказались эти ребята вблизи, но осталась и надежда на следующий год. Надежда на новый обещанный альбом и на новые концерты, на один из которых, может быть, удастся попасть - кто знает!

При написании были использованы следующие источники:
1. Статья Рикардо Альдарондо в газете "Diario Vasco"
2. Ссылки, тексты и переводы, размещённые на Русской Странице Peter Hammill и Van der Graaf Generator
3. Материалы с сайта Memories of Peter Hammill and Van der Graaf Generator.


Павел Кабаков dunadan@ya.com




Русская Страница Peter Hammill и Van der Graaf Generator
Петрушанко Сергей hammillru@mail.ru, 1998-2017