Judge Smith - The Climber / Альпинист

Англичанин в итальянских Альпах

Перевод Микаэл Абазян mikayelabazyan@yahoo.com, 2012

    
    Глава Первая
    
    ХОР:
    Утро настало! Утро настало!
    Светает, гаснут звезды,
    но город дремлет в полумраке горном.
    Рассвет забрезжил в окнах,
    в долину фиолетовый туман
    втекает плавно, а горные вершины
    вулканом солнце жжет.
    
    Утро настало! Утро настало!
    Подобное виденье
    иные принимают как награду,
    но мы, счастливцы, видим
    за чашкой кофе это каждый раз,
    и в небе взрывы мы пиков наблюдаем.
    Долина - в злате,
    а город - в свете тонет,
    день новый наступил.
    И утро настало!
    
    Это просто новый день, неприметный будний день,
    нам пора вставать, нельзя
    время нам терять.
    Откровенья малых бед, малых истин и побед
    встретить в новый день
    нам суждено,
    предопределено.
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Жизнь была холодной, как я посмотрю,
    люди мне казались так близки,
    их кожей ощущал, дыханье разделял.
    Было ж лучше одному. Всего же лучше чувствовал себя
    над миром высоко,
    где я мог понимать скалу,
    где был снег нетронут, бел и чист.
    Коллеги говорили обо мне:
    "Он - горец антисоциальный".
    Ту шутку я не понимал.
    Я шуток не воспринимал.
    
    ХОР:
    Это просто новый день, 
    неприметный будний день,
    что-то озаботит в нем,
    что-то рассмешит.
    Отличаться от машин
    сможем, выбрав путь один:
    человечность. И внезапно смысл
    обретает жизнь.
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Сюда давно приехал
    я лишь ради гор,
    без заслуг особых, как любитель,
    я горы будто мальчик марки собирал.
    Страсть питал я к высотам этим.
    Каждым новым пиком одержим.
    Путями девственными я ходил
    чтоб рядом никого, чтоб там один я был.
    Коллеги говорили: "человек
    и не ступал рукой там где он ходит".
    И я не понимал этой шутки.
    Я шуток не воспринимал.
    
    ХОР:
    Человечность. И внезапно смысл
    обретает жизнь.
    
    
    Глава Вторая
    
    ХОР:
    Вычистить комнаты
    и застелить постели.
    Завтрак со стола убрать
    и стол к обеду подготовить.
    Склады заполнить
    и закуски приготовить.
    Нужно разнести багаж и
    еще раз проверить брони.
    Пол подмести
    и расчистить порог от снега.
    Заказать такси и
    разобраться с этой телеграммой.
    Счет оплатить, 
    инструктаж провести со штатом.
    Подобрать меню
    и переделать этот список вин...
    
    Ведь если гость ощутит комфорт
    то будет благ и наш доход.
    Мы рады всем, как тебе сейчас.
    Пусть устали мы, но весел глас.
    Согласны все - исключений нет - 
    что работы здесь труднее нет.
    Придешь чужим, но уйдешь родным.
    Новый друг у нас - в неделю раз.
    
    Готовь стол на шестерых...
    Мне кофе на четырех...
    Двадцать второй номер пуст...
    Четырнадцатый подоспел...
    Дай просекко [1] вон туда...
    Добавьте граппу [2] сюда...
    Этот всегда полупьян...
    А тот готов на все сто...
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Нашел альпинистский отель
    высоко в горах.
    Как чисто здесь, как здесь хорошо.
    Должно быть хороши здесь пища и вино,
    правда, извините, это мне все равно.
    Зашел я в альпинистский бар;
    бритты, французы, немцы, итальянцы там,
    смешавшись, дружно забили
    собой помещения пространство все.
    
    ХОР:
    Мне тортеллини [3] с бобами...	
    Мне оссобуко [4] и рис...
    Тут все голландцы сидят...
    А тут все будут из Китая...
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Здесь минус есть свой:
    мне нужно быть славным парнем,
    одним из всех, одним из всех.
    С группой немецких ребят
    я вошел в контакт.
    Все были рады 
    разделить проводника оплату,
    чтобы вместе взойти на пик
    самой главной горы в той долине.
    И вот - утро.
    В моем номере окна раскрыты,
    лишь простынь на постели.
    Быть холодным значить сильным стать.
    
    ХОР:
    Вычистить комнаты
    и застелить постели.
    Завтрак со стола убрать
    и стол к обеду подготовить.
    Склады заполнить
    и закуски приготовить.
    Нужно разнести багаж и
    еще раз проверить брони.
    Пол подмести
    и расчистить порог от снега.
    Заказать такси и
    разобраться с этой телеграммой.
    Счет оплатить, 
    инструктаж провести со штатом.
    Подобрать меню
    и переделать этот список вин...
    
    Вот так и днем и ночью... ОХ!
    
    
    Глава Третья
    
    ХОР:
    Водим вверх, спускаем вниз,
    Мы водим вверх и сводим вниз.
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Наконец на горе,
    медленно ступаю,
    отдаляясь от мира...
    
    ХОР:
    Мы людей в горы наши возводим
    и потом назад без риска сводим.
    Хоть звучит просто, но это
    может делать здесь лишь род один.
    Знаем каждый пик,
    словно мы видим наших рук ладони.
    Лед и облака
    и скалы можем мы читать, как книги.
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Чистый воздуха сапфир
    с холода кристаллами вдыхаем.
    Молчалив наш проводник,
    и команда не болтлива - 
    начинаю наслаждаться я.
    
    ХОР:
    Это вам не прогулка в деревне,
    тут ты должен знать на что горазд,
    а не то будут проблемы,
    если только нас не будет рядом.
    Знаем каждый пик,
    были на всех
    мы раз по сто наверное.
    Все же есть еще
    много того,
    что нам не ведомо.
    
    АЛЬПИНИСТ:
    На последнем гребне мы,
    ноги ломит, горизонт развернулся,
    пробираемся теперь на глыбу,
    к пятачку вершины - вот и все!
    	
    И я плыву по морю в зыби волн, 
    снегами венчаных
    и в искрах дня.
    И белоглавый риф закован в ряд,
    а волны тут в пять тысяч футов
    в высоту.
    Замерзший океан на Юг бежит, 
    в равнину где туман златой,
    Италии Север [5] там.
    Над дальним ледником Швейцарии
    на Запад, в дымку солнце тонет не спеша.
    И вот тогда песнь свою снег гор
    сладко и так тайно мне пропел.
    
    И тут я увидел!
    Mi scusi, Signore, quella montagna,
    come si chiama? [6]
    
    ХОР:
    Она Монте Чечилья. Много мала, чем эта.
    Две тысяча метри, но чудная...
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Si, bella, bellissima... [7] 
    Проведешь к ней?
    Отведешь к ней?
    Отведешь?
    
    
    Глава Четвертая
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Была она сложной, секреты хранила,
    почтенья ждала.
    И вот мы на склонах,
    довольно коварных, 
    я и проводник.
    
    ХОР:
    Странны бывают мысли людей.
    Странны мысли у них.
    Гора не заменит тебе маму,
    Гора не заменит и жену,
    Гора остается лишь горою,
    Лишь простой горой.
    Странны бывают мысли людей
    Странны мысли у них.
    Гора это не собор прекрасный,
    И к Богу гора не приведет.
    Гора остается лишь горою,
    лишь простой горой.
    Странны бывают мысли людей.
    Странны мысли у них.
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Лишь плоть да кости планеты 
    реальными были.
    Все остальное - дурной сон,
    мне хотелось сорвать все с себя,
    вернуться назад к неделимым вещам.
    Ее камень и лед
    били и леденили мне руки,
    тянуло назад притяженье - 
    хотелось в реальности жить,
    и все это было реальным как жизнь.
    
    Когда же сдалась мне,
    была совершенной
    святыня во льдах;
    бледность и тишь здесь,
    вуалью облака,
    лишь тайна одна!
    
    ХОР:
    Странны бывают мысли людей
    Странны мысли у них.
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Мне не хотелось 
    момент разделять сей с кем-либо.
    Хотелось побыть одним с ней мне.
    Я сказал, что хочу здесь
    пройти в одиночку,
    но слушать об этом он не захотел.
    
    ХОР:
    Signore, очень опасность,
    signore, это время года,
    signore, туча, туманы,
    signore, прийти внезапно.
    Вам не известен путь.
    Signore, лазить вы окей, но
    signore, пропасти тут много,
    signore, когда здесь тучи,
    signore, дорога скрыта.
    Нельзя лезть одному.
    
    
    Глава Пятая
    
    ХОР:
    Ярким и прохладным днем
    она стирку взялась развесить.
    Она вешать стала стирку 
    на веревку.
    Вот, взялась развесить стирку,
    словно роза была красивой,
    и висит еще вся стирка на веревке. 
    На веревке, на веревке,
    висит еще вся стирка на веревке. 
    Ярким и прохладным днем 
    пальчик сначала свой разрешила,
    она пальчик разрешила
    целовать мне.
    Она пальчик разрешила,
    но ведь десять их у нее,
    и висит еще вся стирка на веревке. 
    На веревке, на веревке,
    висит еще вся стирка на...
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Я был уверен, что он сгущал лишь краски.
    Я был уверен в том, что он просто хотел получить.
    
    Я был уверен, что будет безопасной
    попытка влезть одному еще раз на Чечилью.
    
    ХОР:
    Ярким и прохладным днем 
    она икры мне разрешила,
    свои икры разрешила,
    целовать мне.
    Разрешила, но ведь я
    дел не делал наполовину,
    и висит еще вся стирка на...
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Сегодня праздник, все что-то отмечают,
    пируют все, сможет любой предлог скрыть мою цель.
    Нет никого, кто б мог мой путь проверить.
    Нет альпинистов, значит сейчас быть горе лишь моей.
    
    ХОР:
    Ярким и прохладным днем 
    ей коленку разрешила,
    ей коленку разрешила,
    целовать мне.
    Целовать коленку ей,
    но ведь было две у ней,
    и висит еще вся стирка на...
    
    Ты выбрал. Нет пути назад.
    Решил, и кости уж летят.
    Ты слышал зов. Уже в пути.
    Дыхание часто. Страха нет.
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Все прекрасно, я
    дорогу помню ясно.
    Вон первый склон горы, мне
    пройти роскошный пласт снега надо,
    бел, непорочен он,
    и лишь одно облачко и дует бриз...
    
    Так, вдоль по гребню,
    лед скалы ход медлит.
    Облачно, ветренно здесь,
    и холодно, аж для меня.
    Здесь есть склон один крутой,
    и нужен трюк искусный.
    Можно было с Запада зайти,
    но здесь интересней мне....
    
    Что происходит с погодой!?
    Померк свет, тонет все во мгле.
    Нехорошо, я в густой туче.
    Ни зги не вижу.
    Бурей туман ледяной принесло.
    Где Север был? Где сейчас я?....
    
    Сесть, подождать пока пройдет буря.
    Неверный шаг - и мне крышка!
    Боже, я замерзаю....
    
    
    Глава Шестая
    
    ХОР:
    - Попрошу тишины: пропал англичанин!
    - Который?
    - Тот чокнутый.
    - Я знал, что так будет!
    - Старый Раголи видел: тот из города шел, по дороге к Чечилье.
    - Глупец! Я ж предупреждал! И погода ужасна!
    - Вещмешки! Инструмент! Поскорей!
    - Испортил нам праздник, и если не мертв он еще, убью его сам!
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Холод... Холод... Холод... колет, как нож меня,
    словно дубиной меня бьет...
    
    Ме-е-еня трясет... ме-е-еня трясет...
    Я не могу это о-о-остановить...
    
    Не ощущаю ни кистей, ни стоп,
    нет моих рук, я не чувствую ног.
    Я постепенно исчезаю.
    Я сокращаюсь. Я уменьшаюсь. 
    Что мне здесь поможет?...
    
    Лучше мне сейчас, уже тепло...
    Как - не знаю, но мне тепло!
    Даже скала, где я лежу, тепла,
    да и мягка.
    Все конечно ж будет хорошо,
    все будет хорошо!
    И эту шапку - долой!
    И рукавицы - долой!
    Я утопаю в лед
    и в камень скал,
    яснее этой нет других картин,
    реальней не более, чем сон любой.
    О, нет, пусть я реален! Только б быть мне реальным,
    а не каким-то вымыслом самовоображения...
    
    Мрака нет, светит свет,
    и нежно так в ответ мне:
    "Это реально как сама жизнь".
    Мне надо было б знать...
    Могли же ведь сказать мне...
    Как же я так в этом ошибаться мог!
    Вселенная не хладна, не тверда,
    Вселенная мягка и иллюзорна.
    И сделана не из камня, не из льда,
    но из голосов...
    
    Вселенная суть голоса есть....
    
    Голоса... голоса...
    
    ХОР:
    Signore!... Inglese!... Signore!... Inglese!... [8]
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Голоса... 
    
    ХОР:
    Signore!... Inglese!... Signore!... Inglese!...
    Signore!... Inglese!... Signore!... 
    Вон он там! Все сюда! Умер он? Нет!
    Еще бьется сердце,
    привяжем к салазкам - и вниз,
    как можно скорей!
    
    
    Глава Седьмая
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Врачи считают, ощущаешь все так
    когда умираешь от холода ты.
    Все это - гипотермии [9] галлюцинация.
    Но я знаю что видел,
    и я знаю что слышал,
    и что чувствовал я,
    и я знаю, что знаю.
    Сегодня холод в людях и в вещах меня
    к себе не влечет никак.
    И жизнь стараюсь делать теплой, 
    могу и шутки понимать.
    Вокруг все - шутка суть!
    
    ХОР:
    Старый альпинист идет.
    Он приходит каждый год.
    Что его сюда зовет?
    Что находит он?
    Хоть некрепок он и хил,
    Взглядом пики оценил.
    Тщетной будет жизнь без наших гор,
    ведь в этом наша суть.
    
    АЛЬПИНИСТ:
    Меня не тянет в горы лезть,
    но знаю, что мне рады здесь.
    Старик у стойки бара,
    что хочет вас угостить,
    лишь дружбой хочет жить.
    
    ХОР:
    ...Человечность. И внезапно смысл
    обретает жизнь.
    
    Ведь если гость ощутит комфорт
    то будет благ и наш доход.
    Мы рады всем, как тебе сейчас.
    Пусть устали мы, но весел глас.
    Согласны все - исключений нет - 
    что работы здесь труднее нет.
    Придешь чужим, но уйдешь родным.
    Новый друг у нас - в неделю раз.
    
    Вот так, друзья!
    

Примечания

[1] Итальянское сухое игристое вино. Подробнее здесь.
назад

[2] Еще один итальянский алкогольный напиток. Подробнее здесь.
назад

[3] Итальянские пельмени. Здесь приведены интересные сведения об этом блюде.
назад

[4] Традиционное блюдо итальянской кухни, как говорится здесь.
назад

[5] В оригинале - North Italian Plain; так иногда называют Северо-Итальянскую, или Паданскую Равнину (или же Равнина реки По).
назад

[6] "Прошу прощения, синьор, как называется вот эта гора?" (итал.)
назад

[7] "О да, красивая, прекрасная..." (итал.)
назад

[8] "Cиньор!... Англичанин!... Синьор!... Англичанин!.." (итал.)
назад

[9] Научный термин, известный как переохлаждение. Здесь приведено краткое описание этого состояния.
назад


Judge Smith, 2005

Перевод Микаэл Абазян mikayelabazyan@yahoo.com, 2012




Русская Страница Peter Hammill и Van der Graaf Generator
Петрушанко Сергей hammillru@mail.ru, 1998-2017